Евгений Смургис (Россия)
Теодор Резвой (Украина)
Спасение в Индийском океане - Саймон Чак

Хроника спасения в Индийском океане

Команда состоит из меня - Саймона Чака (29 лет) и моего партнера Билла Гривза (41 год) из аббатства Ньютон в Девоне (Англия). Лодка, на которой мы собираемся побить рекорд, относится к гоночному типу океанских гребных лодок для двух человек и является самой надежной из всех существующих моделей. В 1997 году наша лодка успешно участвовала в первой "Атлантической гребной гонке" двоек (экипаж из двух гребцов). Тогда она называлась "Cellnet Atlantic Challenger".

Итак, мы прибыли в Австралию 25 апреля 2002 года и начали проект с процедуры таможенного досмотра лодки. Неожиданно возникла задержка из-за размера трейлера, который в Австралии потребовал дополнительной лицензии. Наконец-то, в пятницу 3 мая 2002 года, мы прошли таможню. Ранним воскресным утром 5 мая мы выехали из Перта по направлению к Калбарри, который находится в 693 километрах. Запланированная дата отплытия из Калбарри была - 6 мая, но оно не состоялось из-за вышеупомянутых проблем с таможней. После прибытия к месту старта, в течение последующих 7 дней мы подготовили лодку и ждали, пока не распогодилось. Гостеприимность в городке была замечательная, и мы много общались с местными рыбаками.

Поздним воскресным вечером мы приняли решение о том, что отправимся из Калбарри - 15 мая в 10.30, если погода позволит. Информацию о погоде мы получали через спутник, через который работают и местные рыбаки. Погода улучшилась по сравнению с прошлой неделей, высота волн уменьшилась. Мы провели встречу в местной школе, связались с местной городской газетой, а также наладили все необходимые контакты со службой спасения. Всем большим судам было объявлено о наших планах. Департамент транспорта проинспектировал все оборудование на борту лодки, и таможня разрешила нам покинуть Калбарри.

Утро старта

Мы спустили лодку на воду ранним утром 15 мая и закрепили и проверили руль, осмотрели зарядные устройства, включили опреснитель, проверили радиосвязь с Калбарри. Ровно в 10.30, после очень эмоциональных прощаний, мы отчалили от пристани. Прощание было впечатляющее! Целый город пришел попрощаться с нами, включая школьников, с которыми мы встречались. В общем, было около 2000 человек, стоящих на берегу, пускающих сигнальные ракеты, ободряющих свистом, аплодирующих. Скоро стало ясно, что лодка не сможет сама пройти коралловый риф, и нам пришлось попросить помощь буксира. Нас отбуксировали метров на 50 за пределы рифов, далее мы отправились самостоятельно. Это был очень напряженный момент.

Поначалу, погода была очень спокойной. Высота волн - 0,5-1 метр, легкий ветерок от 5 до 8 узлов. Грести было трудно, поскольку лодка была полностью загружена припасами, водой, газовыми баллонами и т.д.

Первые сутки в море были трудными. Надо было включаться в вахтовую систему, чередуя дежурство и отдых через каждые 2 часа. Лодка оправдывала себя. В течение первых 12 часов проводилась ежечасно проверка радиосвязи: энергомощности было достаточно. Огни Калбарри погасли в первую ночь, и стало ясно, что к восходу солнца землю вообще не будет видно. Билл управлял лодкой, следя за курсом, и мы двигались со скоростью 2 узла.

По началу была проблема с морской болезнью, от которой обычно я страдаю первые 3 дня. Ночью было несколько рыбачьих судов на шельфе, и мы общались с некоторыми из них по радио. Спустя почти сутки после отплытия из Калбарри мы сделали общую запись в бортовом журнале. Первый день мы прошли на веслах 44 мили, что оказалось лучше, чем ожидали. Со вчерашнего дня попутный ветер немного усилился, что было здорово. Настроение хорошее, и мы решили продолжать вахтовую систему до тех пор, пока не достигли конца шельфа. К этому времени уже не работала высокочастотная радиосвязь (VHF) с землей и не был виден берег. Мы решили отключить спутниковый телефон, потому что получили нежданный звонок от журналиста.

День 2

Вау! То, что хотели. В течение дня усилился попутный ветер. Весла казались легче в воде, и скорость лодки увеличилась на 2 узла. Мы беспрерывно гребли весь день, чтобы, используя обстоятельства, добиться максимальной скорости лодки. Режим приема пищи был прерван из-за морской болезни. Перед обедом Билл увидел свою первую летучую рыбу, а в поле зрения были киты, направляющие к берегу.

Вечером ветер усилился. Наконец-то лодка могла скатываться с волн. Это было великолепно! Пасмурное небо не позволяло определить, будет ли долгий шторм, или по-прежнему попутный ветер. Всю ночь ветер усиливался. За кормой возникали и обрушивались огромные волны. Порывы ветра составляли 30-35 узлов, и была опасность его усиления. Нам пришлось закрывать люк каюты, когда мы не были на вахте, на случай, если неожиданная волна, называемая туземцами "зелененькой", обрушится на нас. Мы пустили 30-метровый фал с кормы, чтобы лодка была более устойчивой, когда съезжала с волн. Поскольку и ветер, и волны двигались в нужную нам сторону, мы решили, что плавучий якорь пока не нужен. Казалось, что лодка устойчива, и ей ничего не угрожает. Она все время двигалась по направлению волн.

17 мая около 4 утра мы решили поспать, и оба отправились в каюту. Навигационный маяк был включен и весла убраны. Мы были слишком уставшими и хотели убедиться, сможем ли мы одновременно спать в каюте. Не надо было грести, поскольку лодка гонимая 35 узловым ветром и так хорошо двигалась в заданном направлении. Мы плохо спали, и я нес вахту в каюте. На восходе солнца я поднялся на палубу, чтобы проверить стабилизационный фал который тянулся за кормой и осмотреть все на палубе.

День 3

Великолепно! Хорошая скорость и правильное направление. Через полтора дня достигнем оконечности шельфа. Моральное состояние - отличное. Я впервые в Индийском океане увидел вблизи кита, плывущего в соседней волне. Он был огромный! Кит грациозно нырнул и всплыл примерно в 100 метрах от нас. Мы достигли скорости 9,2 узла, когда серфинговали с огромной волны. Обычно скорость составляет 5-6 узлов, когда съезжаешь с волн.

К вечеру ветер снова усилился. Было бессмысленно грести. Если бы мы опустили весла на воду, то только снизили бы скорость. Ветер гнал лодку со скоростью чуть больше 3 узлов; море снова начало бушевать.

Около 20.00 я решил, что лучше поспать. Осмотрел лодку, включил навигационный маяк, и, убрав весла и проверив стабилизационный фал за кормой, направление лодки и пошел спать. Билл оставался на вахте чуть дольше меня, и около 20.30 спустился в каюту.

Беда

17 мая примерно в 9.00 часов, меня разбудило предчувствие опасности. Лодка резко наклонилась вбок, далее по инерции и перевернулась. Билл только что, за 2 минуты до крушения, проверил направление лодки и ветра и забрался обратно в рубку. Потолок нашей крошечной каюты теперь стал полом. Все наши незакрепленные вещи были разбросаны вокруг. Я посмотрел на Билла и спросил, перевернемся ли мы обратно на киль? После короткой паузы раздался ответ "нет". Не поверив ушам, я снова задал вопрос: "Мы перевернемся?". В ответ я услышал: "Нет, мы не перевернемся!". Полная и странная тишина…как будто ветер совершенно прекратился. Мы под водой.

Короткое совещание. Нам нужен свет. Билл протянул руку, отпихнул компьютер и включил лампу, которая сейчас находится на полу (потолке). Поскольку навигационный маяк все еще светит, правда верх ногами, мы увидели, как вода, через крепления входного люка, поднимается. Я нашел в кармане фонарик. Теперь у нас светло. "Давай попробуем раскачивать лодку", - предложил Билл. Мы прижались к стенкам корпуса и начали синхронно ее раскачивать. Лодка даже не двинулась. Вода начала протекла из-под компаса на переборке. Уже было примерно дюйм воды на полу (потолке) каюты. Еще одно короткое обсуждение: "Мы должны выбраться наружу". Мы не знали, как скоро затонет лодка, как глубоко она сидела под водой. У нас не было ориентиров.

Было решено: нам нужен спасательный буй "EPIRB" 121 МГц, но он был на палубе. Также второй спасательный жилет, но он был там же, поскольку мы его использовали, когда гребли. Все сигнальные ракеты были в непромокаемом бидоне, также на палубе, и вся водонепроницаемая одежда находилась в отсеке вне каюты.

Уровень воды продолжал подниматься. Вот, мимо проплыл мобильный спутниковый телефон. Да, надо выбираться иначе мы утонем. Ближе к люку был Билл. Мы решили, что он откроет люк и выплывет направо, затем я - налево.

"Готов?" - спросил Билл. "Да", - ответил я. Билл дотянулся до люка и открыл его. Давление воды было очень мощным. Каюта немедленно заполнилась океанской водой. Я набрал воздух и ждал. Ждать надо было до тех пор, пока каюта полностью не заполнится водой, прежде чем станет физически возможно выплыть против встречного течения. Билл выплыл первый и исчез, я следом. Спасательный жилет и буй "EPIRB" запутались в гребном оснащении. Они застряли, а я пытался плыть дальше. Под лодкой есть маленькое пространство для ног (кок-пит), и моя голова оказалась в воздушном кармане.

Тут я услышал, как Билл меня позвал. Очевидно, он всплыл и держался за лодку. Глубоко вдохнув, я вынырнул слева от лодки, уставший, жадно глотая воздух.

Итак, мы оказались верх ногами в "не переворачиваемой лодке", в Индийском океане в 117 километрах от залива Шарк (Shark Bay). Всего несколько дней назад местные жители рассказывали нам акульи байки. Сейчас, никто не знал, что мы в беде, а у нас не было возможности достать спасательное оборудование. Билл был в простых шортах, а я - в шортах с начесом, перчатках и одной туфле.

Держась за борт лодки, я передвигался по ее днищу, ухватившись за рулевые канаты, прошел мимо руля и подобрался к Биллу. Еще одно короткое обсуждение: "Мы должны дать сигнал, иначе нам конец". Радиомаяк "Argos" стал нашей целью. Чтобы гарантировать свое спасение, мы должны будем задействовать два радиомаяка: "Argos" и "EPIRB-406". Билл поднырнул под лодку, но не смог добраться до маяка. Еще пара попыток. Затем я попробовал - никак. Билл нырнул еще порядка 6 раз, пытаясь достать "EPIRB". Он сумел его захватить, но не смог отделить от основания (крепления буя очень прочно держат его, на палубе, чтобы его не смыла волна) прим. Если бы мы находились во время штиля, то не было бы проблем, но сейчас лодка постоянно качалась, поднималась и срывалась снова вниз. В океане стояла штормовая зыбь. Я нырнул еще пару раз и вот - УСПЕХ! "EPIRB" отсоединился. Я включил кнопку SOS на "EPIRB" спустя чуть больше часа с того момента, как мы перевернулись.

Мы перебросили страховочный канат, который обычно тянулся за кормой через перевернутое дно лодки и влезли на днище, пытаясь не упасть в воду. Это казалось бессмысленно. Каждые 10 минут большая волна обрушивалась на лодку, смывая одного из нас, а иногда обоих. Мы пытались распластаться на киле лодки, свесив одну ногу на правый борт, другую на левый но, в конце концов, поняли, что сидя держаться легче. Время шло очень медленно, и вскоре мы начали замерзать. Оба мы были порезанные и кровоточили, причем местами очень сильно, что в воде было небезопасно. Раны не имели возможности подсохнуть.

Я пытался убедить Билла в том, что "EPIRB" должен скоро привлечь спасение. Но очень трудно доверить свою судьбу маленькому оранжевому мигающему маяку. Я даже не могу сосчитать, сколько раз нас смывало с лодки. Каждый раз требовались огромные усилия, чтобы вползти обратно на её дно. В общем-то, вода была теплой, но лодка корпус лодки - ужасно холодный. Мы пытались прижаться друг к другу, но море не позволяло, и мы постоянно теряли равновесие. Из-за холода очень хотелось спать.

Каждая мышца на теле ныла. Было очень трудно даже держать голову прямо. И опять нас смыло с борта. Чтобы противостоять жестокому безжалостному морю, нужно было собрать все оставшиеся силы.

Иногда мы обменивались фразами, но, в основном, пытались разобраться со своими мыслями. Я не хотел признаться в своем страхе; это было бы эгоистично. А вдруг мои страхи добавились бы к опасениям Билла? Вереница мыслей: о семье, о жизненных целях. Все материальное перестало иметь значение. Я бы все отдал, чтобы увидеть еще один восход солнца или дожить до 30 дня рождения. Действительно, такие мысли эгоистичны, но, с другой стороны, очень существенны, когда человек знает, что его шансы на выживание сводятся к нулю.

18 мая; было около 2 часов ночи. Услышали звук авиадвигателей. Мы оба. Одновременно. Тишина прервалась. В облаках появились мигающие огни. "Нас ищут. Они знают, что нам нужна помощь. Скоро, Билл", - говорил я. Я направил "EPIRB" в небо, сначала в правой руке, потом левой. Одна рука все время держалась за канат на лодке. Около часа мы наблюдали за самолетом. "Почему нас не видят"? От усталости я, в конце концов, пристроил "EPIRB" на голову. Я стал буем по имени - "EPIRB"…

Самолет исчез с такой же скоростью, как и появился. Примерно за 20 минут до его отлета мы заметили вдали слабую вспышку. Неужели ищут другого? Душа ушла в пятки. Наступило зловещее время. Я искренне не знал, смогу ли я продержаться до утра, и был уверен, что Билл думал так же.

"Вернутся на рассвете", - объявил Билл, пытаясь сохранить спокойствие. Я молчал. Мною овладело огромное чувство вины. И идея, и лодка были мои; почему мы не перевернулись обратно? Интересно, о чем думает Билл. Опять-таки эгоистические мысли. Если умрет Билл, как я смогу пойти на его похороны? Как посмотрю в глаза его близким? Если он умрет, то и я умру. Впервые я понял смысл рассуждений о вине оставшегося в живых. Ладно, мы выживем, успокаивал я себя. Всего лишь 4 часа до рассвета. Эти 4 часа мы больше провели в море, чем в лодке.

Прошла целая вечность прежде, чем появились первые признаки рассвета. До полного восхода солнца - еще дольше. Мне отчаянно хотелось прочитать инструкцию к "EPIRB". А вдруг я неправильно его включил? Я знал, что все сделал правильно, но в данный момент нужна была уверенность. Моральное состояние Билла значительно ухудшилось за последние часы, после отлета самолета, и еле хватало сил держаться за страховочный канат. Я не знаю, насколько плохо выглядел я сам, но на рассвете увидел реальные последствия. Губы Билла стали синими, щеки совершенно побелели, а руки опухли. Я пытался его убедить, что от солнца скоро потеплеет, но, к сожалению, это было уже неубедительно.

Примерно через час после полного восхода солнца мы вновь услышали звук авиадвигателей. Около получаса мы смотрели, как самолет двигался по небу, приближаясь к нам. А потом подлетел очень близко. "Нас должны увидеть", - единогласно сказали мы друг другу. Мы махали руками, свистели, кричали, делал все возможное, чтобы только они нас увидели. А затем самолет пролетел над нами и, покачивая крыльями, подтвердил, что нас видят. Ура!!! Отчаянное размахивание рукой превратилось в жест ликования. Если возможно описать словами чувство радости, то, наверное, оно похожее на победу за мировой кубок или достижение вершины Эвереста. Нашей целью стала уже не гребля через океан, а выживание, и оказалось, что выживать труднее.

Вдруг мы увидели вдали большой корабль. Тогда мы подумали, что это простое грузовое судно, следующее своим обычным курсом. Самолет постоянно кружил над нами, сбрасывая вокруг нас большие оранжевые сигнальные ракеты, чтобы отметить наше местонахождение. Вскоре стало понятно, что судно направляется к нам. Неясно, что будет дальше. Вертолет ли нас снимет с лодки? Или спасательная команда оправится с судна? Или спасательный плот будет сброшен с самолета?

В течение последующего часа волны постоянно смывали нас с лодки; море уже начало успокаиваться, и мы обсуждали, что будет дальше. Лодка за последние часы очень сильно погрузилась в океан. Остатки воздуха в каюте и в некоторых отсеках все удерживали ее наплаву. Мы обменялись мнениями о том, как долго лодка будет на плаву. Мои мысли были заняты акулами. Что если акулы нападут на нас, когда мы так близки к спасению? Это было бы жестоко. Руль лодки отломился; некоторое время он был привязан веревками, но, в конце концов, уплыл. После этого открепился и флаг. Это по-настоящему жуткое ощущение: видеть уплывающий флаг своей пострадавшей лодки и знать что, ты ничего не можешь сделать. За всю ночь именно это зрелище чуть не вызвало у меня нервный срыв.

Сначала, судно остановилось примерно в миле от нас. Появилось предположение, что, наверное, поблизости вертолет. При отсутствии связи трудно предугадывать, что будет и как готовиться. Затем судно "Bulk Africa" направилось к нам: оно нас спасет. "Надеюсь, что у них трап", - я побормотал Биллу. Судно было огромное по сравнению с нашей крошечной лодкой. Если не ошибаюсь, капитан сказал, что судно весит 238 000 тонн. Ветер был еще сильный и волны были огромными для гребной лодки. Судно медленно приближалось. Они собираются нас спасти. Мы увидели экипаж, стоящий на борту, держащий спасательные круги и канаты в руках. "Боже мой! Это невозможно!" - подумал я. В последнюю минуту судно сбилось с курса и несмотря на отчаянные усилия экипажа, выровнять курс, оно не смогло подойти к нам. Надежда, затем разочарование, потом безнадежность, и плюс к этому страх. Мы с Биллом договорились: он покинет лодку первым. Я хотел быть последним на борту. Это, наверное, ерунда, но я построил лодку, провел на ней в море очень много времени и намеревался попрощаться с ней. Она служила нам хорошо, а сейчас разочаровала. Она достаточно долго оставалась на плаву до самого спасения, но из упрямства решила не переворачиваться.

Судно бесконечно долго разворачивалось: примерно час. При второй попытке оно опять проскочило мимо! Капитан усердно пытался подойти к нам, чтобы сбросить канат со спасательным кругом. Еще один час прошел, закончившись таким же результатом. Надежда начала угасать, потому что судно не смогло приблизиться. Следующий вопрос: что дальше? Если вертолет в пути, то когда он прибудет? Волна снова нас смыла с днища. Спасательный самолет должен был видеть, что творится. Что же дальше? Судно вернулось: это уже четвертый подход. С первой попытки прошло уже 3 часа. Нам повезло с отсутствием акул: мы оба были окровавлены. Возможно, им помешала погода. Хотя, вряд ли. Какая для них разница, плохая или хорошая погода? Судно стало подплывать к нам совершенно иначе. Не выключая двигатель, судно направилось прямо на нас. Боже мой! Столько пережили, а сейчас нас убьют таким образом. Безумие. На нас направлен огромный нос судна, а из-под него - огромная волна. Колоссальная! Громадная! Мы решали, как схватиться за канаты которые выбросили с судна. Волна из-под носа смыла нас с лодки в море. Начался сумасшедший поиск канатов, волочащихся вдоль судна. Ни малейшего понятия не имею, какова была вероятность отыскать канаты, и каким образом мы их ухватили, но потом оказалось проблемой найти физическую силу, чтобы не выпустить конец из рук. Я обмотал канат вокруг кисти, и кто-то из экипажа потянул меня к борту судна. Спасательный круг был брошен на воду, и я его схватил обеими руками, быстро просунув в него голову. Неожиданно меня потянули в сторону. Я начал задыхаться. Я стянул спасательный круг и держась за него руками продолжал скользить по воде вдоль судна.

Билли тоже бросили спасательный круг, который ударил его прямо по голове, и он чуть не потерял сознание. Примерно на две трети длины судна от меня находились канатная лестница. Зыбь стояла такая, что в одну минуту лестница находилась в 10 футах надо мной, а в следующую минуту была уже под водой. Я рассчитал движение и схватился, в то время как экипаж подтянул меня ближе к борту, и я успел зацепиться за лестницу. Билл находился прямо за мной, поэтому я усердно пытался дать ему дорогу. Силы не хватило. Я сумел подняться на 3 ступеньки лестницы, а Билли -схватиться за нижнюю. Экипаж спустил петлю, а я немедленно надел ее под мышки. Затем я ощутил мощный рывок и ударился о борт судна. Мгновенно меня втащили на палубу. Это было большое облегчение. Меня обмотали одеялами и положили на палубу. Тут я заметил, что на палубе возникло тревожное оживление. Билл упал с лестницы. Безумными усилиями его втащили обратно на лестницу. Он снова упал и выпустил канат из рук. Я пытался посмотреть, что там происходит, но тут меня прижал к палубе кто-то из экипажа. Наконец-то и Билла сумели втащить на палубу.

Нас отнесли вниз, раздели. Нам выдали новые трусы, штаны и комбинезоны. Дали новые ботинки, потом теплую воду, затем суп, апельсиновый сок. Экипаж безмерно заботился о нас. Выяснилось, что судну всего лишь 18 дней, и оно вышло в первое плавание. Говорят, спасти жизнь во время первого плавания - очень хороший знак.

Я никогда не осознаю, каким образом мы спаслись этой ночью, и почему нас не съели акулы, но, наверное, просто было не наше время. Через 40 минут после того, как нас вытащил из воды экипаж "Bulk Africa", за нами прилетел спасательный вертолет австралийских ВВС и доставил в залив Шарк.

Затем мы отправились прямо в Калбарри, где 3 дня назад началось наше приключение.

Фотографии участников этого перехода смотрите по адресу:
http://www.oceanrowing.com/Chalk_Greaves/photo.htm

Спасательное оборудование

Вот оборудование, которое было на борту нашей лодки, когда она отправилась из Калбарри 15 мая 2002 года:

• Радиомаяк "Argos" для использования в чрезвычайных ситуациях (2 шт.);
• Спасательный буй "EPIRB" 406 МГц (1 шт.);
• Спасательный буй "EPIRB" 121 МГц (2 шт.);
• Ручная высокочастотная рация (VHF) (2 шт.);
• Стационарная высокочастотная рация "RD68" (1 шт.);
• Спасательный плот на 4 человека (1 шт.);
• Набор сигнальных ракет
• Рация "SSB", позволяющая получать факс о состоянии погоды
• Ноутбук с электронными картами
• Спутниковый телефон со стационарной и мобильной антеннами
• Спасательные жилеты и канаты
• Одежда для плохой погоды